Благополучие промышленности любой страны по большей части всегда определяется внутренним рынком. Наш журнал (тогда “Рынок металлов”) впервые обратился к вопросу формирования внутреннего рынка металлопродукции Украины в феврале 1999 г. Теперь мы снова возвращаемся к этой теме, так как актуальность вопроса возросла многократно. За последние годы украинская металлургия превратилась в чисто экспортную отрасль, практически насытив доступные рынки. Сегодня наблюдается ограничение импорта украинской металлопродукции со стороны многих стран, и эта тенденция будет продолжаться на фоне замедления роста мировой экономики. Переориентация украинских металлургов на внутренний рынок может стать основой нового этапа развития экономики страны.
Перемены назрели
Перемены назрели
Надо лишь не упустить
благоприятный момент
Благополучие промышленности
любой страны по большей части всегда
определяется внутренним рынком. Наш журнал
(тогда “Рынок металлов”) впервые обратился к
вопросу формирования внутреннего рынка
металлопродукции Украины в феврале 1999 г. Теперь
мы снова возвращаемся к этой теме, так как
актуальность вопроса возросла многократно. За
последние годы украинская металлургия
превратилась в чисто экспортную отрасль,
практически насытив доступные рынки. Сегодня
наблюдается ограничение импорта украинской
металлопродукции со стороны многих стран, и эта
тенденция будет продолжаться на фоне замедления
роста мировой экономики. Переориентация
украинских металлургов на внутренний рынок
может стать основой нового этапа развития
экономики страны.
Основные рынки металла
Ассортимент и качество большей
части экспортной продукции украинской черной
металлургии, как правило, позиционируемой
металлотрейдерами на нижнем уровне ценового
диапазона, ставят ее в сильную зависимость от
конъюнктуры мирового и региональных рынков
черных металлов, определяемой состоянием и
тенденциями развития мировой экономики и
экономик стран-импортеров. Замедление роста, а
местами и спад экономического развития в
регионах мира в 2000 г., затронули прежде всего
высокотехнологичный сектор, так или иначе
связанный с информационными технологиями и
отличающийся относительно низким
металлопотреблением. В то же время
металлопроизводящие и потребляющие отрасли
сначала практически не ощутили прямого влияния
спада в указанных секторах (даже в США, где спад
“новой экономики” был наиболее сильным).
Прогнозируемое до недавнего времени экспертами
небольшое снижение мирового потребления стали в
предстоящие 5-10 лет (при условии бескризисного
развития), скорее всего, будет связано с ее
частичным замещением легкими металлами и
повышением качества изделий из черных металлов
и, соответственно, срока их службы. Тем не менее,
согласно прогнозам развития мировой экономики
на начало 2001 г., потребление металлопродукции,
характерной для украинского экспорта, не должно
было претерпевать резких колебаний. Поэтому
конъюнктурный фактор для украинского экспорта
продукции из черных металлов в краткосрочном
плане казался благоприятным.
Настроения умеренного
оптимизма преобладали и в первом полугодии 2001 г.
Согласно докладу ООН об экономических прогнозах,
опубликованному в середине июля 2001 г., замедление
экономического роста в ведущих экономических
субъектах может закончиться в конце текущего
года, после чего начнется медленное возрождение
мировой экономики. В 2001 г. развитые страны
предприняли финансовые контрмеры, в частности,
снижение кредитных ставок, благодаря чему
вероятность экономического спада в глобальном
масштабе снизилась. Однако тревожит то, что
нынешнее замедление темпов ее роста
распространяется на все большее число стран, в
основном, вследствие сокращения мирового
товарооборота. По прогнозам, темпы его роста
сократятся с 12% в 2000 г. до 5,5% в 2001 г. Мировой
валовой продукт в 2001 г., по прогнозам ООН,
возрастет на 2,4%, т.е. будет ниже
прогнозировавшегося ранее показателя (3,5%). В
развитых странах этот показатель составит 1,9%,
развивающихся государствах – 4,1%, странах с
переходной экономикой (к которым относится и
Украина) – 3,6%. В 2002 г. общемировой валовой продукт
может увеличиться еще на 3,0%, в развитых странах –
на 2,5%, развивающихся государствах – 5,25%, а в
странах с переходной экономикой – 4,0%.
Однако, по последним данным,
современное замедление мировой экономики
заметно отличается от спада во многих регионах
десятилетней давности. Прежде всего, общемировая
инфляция находится на рекордно низком уровне
30-летия, второй фактор – это то, что сегодня
замедление крупнейших экономик Европы и Азии, а
также США происходит практически синхронно, а
это резко осложняет положение развивающихся
стран. В то же время, потребление во многих
индустриальных странах, например, в США, остается
на достаточно высоком уровне, что не позволяет с
достаточной точностью определить реальную
ситуацию в американской экономике, и мировой
экономический прогноз остается неопределенным.
Так, например, экономическая
комиссия ООН (ECLAC) прогнозирует двукратное (с 4% до
2%) замедление темпов роста ВВП в странах
Латинской Америки и Карибского бассейна в 2001 г.
по сравнению с прошлым годом, и спад в экономике
региона вызван, в первую очередь, падением темпов
роста в развитых странах. Рецессивные процессы в
Латинской Америке могут усилиться, если не
произойдет перемен к лучшему в мировой экономике
в целом. Негативное влияние на экономику региона
оказывают низкий внутренний спрос и
политические сложности в ряде стран, а
внешнеторговая конъюнктура также не
благоприятствует странам региона. В текущем году
объемы экспорта и цены на вывозимые товары будут
снижаться – ВВП Мексики сокращается в течение
трех кварталов подряд, настолько сильна ее
зависимость от экономической ситуации в США.
Своеобразным индикатором
ожиданий относительно перспектив мировой
экономики могут служить котировки Лондонской
биржи металлов, где в начале августа 2001 г. резко
упали цены на основные металлы. Так, стоимость
меди достигла двухлетнего минимума (1448 USD/т), а
цены на алюминий и никель снизились до рекордно
низкого за последние 25 месяцев уровня – 1370 и 5225
USD/т соответственно. Цена на палладий также была
зафиксирована на самой нижней за последние 19
месяцев отметке – 433 USD за тройскую унцию (в
январе этого года – около 1100 USD). И это не
удивительно – спрос на палладий, более 60%
которого используется в автомобилестроении,
напрямую зависит от уровня продаж автомобильных
компаний, значительно снижающихся в период
застоя.
Реагирует на ухудшение мировой
конъюнктуры и производство стали. По данным
International Iron & Steel Institute, охватывающим 63 страны, на
которые приходится 98% мировой выплавки стали в
мире, общемировое производство стали в июле 2001 г.
уменьшилось по сравнению с июлем 2000 г на 2% до 69,067
млн. т, а за 7 месяцев 2001 г. оно снизилось по
сравнению с аналогичным периодом 2000 г. на 0,3% до
483,076 млн. т. В июне 2001 г. выплавка составила 69,209
млн. т. В частности, в июле 2001 г. производство в ЕС
уменьшилось по сравнению с июлем 2000 г. на 1,2% до
12,957 млн. т (в июне 2001 г. – 13,491 млн. т), а за 7 месяцев
2001 г. снизилось по сравнению с тем же периодом 2000
г на 1,2% до 95,68 млн. т.
Украина как субъект мировой
экономики в настоящее время существенно зависит
от экспорта, а поэтому имеет очень ограниченные
возможности для маневра в условиях описанных
изменений. По данным экспертов UEPLAC (Ukrainian-European Policy
and Legal Advice Center), в 2000 г. общий объем потребленных
продуктов и услуг внутри страны (около 11 млрд. USD)
был значительно ниже экспортированных (19,5 млрд.
USD). Стоимость экспортированных товаров и услуг в
2000 г. выросла по сравнению с 1999 г. на 24%, а рост
реального внутреннего потребления составил
только 11,5%. Следует отметить, что динамика
экспорта опиралась на индустриальное наследие
бывшего Советского Союза – в 2000 г. 42% его
стоимости было произведено металлургией, а
наибольший прирост поступлений (38%) наблюдался в
химической промышленности. Как и ранее, в
экспорте наибольший объем составляет продукция
с низкой добавленной стоимостью и высокими
энергозатратами. Так, в 2000 г. базовые продукты
черной металлургии составили 35% экспорта (более 5
млрд. USD), в то время как высокотехнологичная
продукция из стали – только 4,5%.
В 2001 г. рост экспорта
продолжился – в первом полугодии общий объем
внешней торговли Украины увеличился по
сравнению с аналогичным периодом прошлого года
на 14,4%, в том числе объем экспорта увеличился на
21,7%, превысив 8 млрд. USD, а объем импорта вырос на
7,4%, составив 7,4 млрд. USD. Несколько увеличилась
доля изделий из черных металлов – с 3,5% до 4,9%, в то
же время немного сократилась доля собственно
черных металлов – с 37,5% до 31,4%. В настоящее время
перспективы дальнейшего роста экспорта
украинской металлопродукции – минимальные,
вследствие значительных антидемпинговых
ограничений во многих странах мира, квотирования
поставок в страны ЕС, США, Россию и Индонезию.
Таким образом, к сожалению, экспорт, как и ранее,
является важнейшим фактором промышленного роста
Украины, а сама Украина по-прежнему относится к
категории внешне ориентированных экономик
экстенсивного типа с низкой производительностью
труда и высокими затратами энергоресурсов.
Исследуя производство и
потребление продуктов черной металлургии
Украины, (см. СПРАВКУ) можно прийти к выводу, что
за десять лет независимости Украина практически
полностью использовала ресурс черной
металлургии, доставшийся ей после распада СССР.
Динамика развития экспорта и увеличение
сопротивления проникновению украинской
металлопродукции на внешние рынки (в частности
все более широко применяемые антидемпинговые и
ограничительные меры), показывают, что
возможности дальнейшего использования политики
ориентации на экспорт исчерпаны.
Надо заметить, что Украина
продолжает оставаться крупнейшим мировым
поставщиком сырьевых материалов – доля этого
вида товаров (лома, полуфабрикатов, чугуна и
ферросплавов) в общей структуре экспорта
металлопродукции в первом полугодии 2001 г.
составила 51% в количественном выражении и 43% в
денежном. А согласно индексу мировых цен на сырье
Мирового банка, цены на основные сырьевые
ресурсы, кроме нефти, снизились за последние 50
лет более, чем наполовину. Возможен лишь
кратковременный рост, но он обязательно будет
сопровождаться еще более глубоким падением.
Прогнозируется сохранение этой тенденции и на
ближайшее десятилетие, однако при этом падение
цен будет сопровождаться увеличением их
колебаний. Ассортимент отечественной
металлопродукции позволяет ожидать временного
увеличения доходов от экспорта (что и
наблюдается в последние годы), но данный путь
развития украинской металлургии
бесперспективен.
Таким образом, несмотря на
сложности развития экономики Украины и не совсем
определенные ее перспективы, единственный выход
из сложившейся ситуации – системная
переориентация металлургической отрасли на
внутренний рынок при государственном
направлении и поддержке. Опыт таких
преобразований в мире имеется – практически все
индустриально развитые страны уже прошли такой
путь двадцать-тридцать лет назад.
Переориентация на
внутренний рынок
Сегодня сталелитейные отрасли
всех ведущих стран мира переживают трудности.
Издержки производства (стоимость рабочей силы,
входные затраты и налоговые отчисления) в
развитых странах растут, а возможности
перемещения производства в более благоприятные
регионы практически исчерпаны. По ряду причин
себестоимость уже вплотную приближаются к цене
продаж (наиболее ярко этот факт проявился в
падении конкурентоспособности металлургической
продукции США по сравнению с импортной). Крупным
компаниям легче поддерживать издержки
производства на приемлемом уровне (в Европе
половина стали выплавляется шестью компаниями, а
в США – 12, и ни одна из них не входит в десятку
крупнейших в мире), поэтому сегодня в мире
происходят дальнейшие укрупнения сталелитейных
компаний в Европе. Такая же тенденция
проявляется и в России, хотя причины ее другого
рода. По прогнозам специалистов, в ближайшие
десять-двадцать лет региональные рынки будут
значительно более изолированы друг от друга, чем
сейчас, а нравы будут значительно более жесткими.
Если иметь в виду сохранение
нынешнего объема производства стали в Украине,
можно ориентироваться на “нетрадиционную”
перспективу. Уже не в первый раз эксперты говорят
о возможности выноса массового производства
проката развитыми странами в государства с
переходной экономикой, имеющие достаточные
металлургические мощности, такие, как Бразилия,
Россия, Украина. Этот сценарий имеет шансы на
реализацию. В результате процессов
металлургической глобализации ближе всего к
такому развитию событий находятся США, а затем,
возможно, и упрочившиеся транснациональные
компании Европы. Безусловно, этим странам
придется преодолеть огромный психологический
барьер – представление о том, что развитая страна
обязательно должна иметь мощную металлургию, а
затем решить невероятно сложные
социально-экономические вопросы, связанные с ее
свертыванием. В ожидании таких процессов Украине
будет выгодно поддерживать низкую себестоимость
производства стали, чтобы украинские
предприятия были более привлекательными, чем
металлургические комбинаты Бразилии, Канады, или
России.
Перспективы развития
внутреннего рынка стали Украины неразрывно
связаны с ростом общего уровня потребления в
стране, но вопрос осложняется несистемными
причинами положительных тенденций роста
отечественной экономики. Некоторые европейские
специалисты отмечали это, и, поскольку
потребление стали зависит от темпов роста
экономики в целом, были настроены
пессимистически относительно возможного
увеличения внутреннего потребления стали в
странах СНГ в 2001 г., а улучшение экономических
показателей предполагали лишь к концу 2002 г. На
конференции “Метэкс” аналитики рынка стали
высказали мнение, что после оживления
внутреннего спроса в Украине и России уже
наметилось его снижение, и оно может
продолжиться в 2002 г. По оценкам экспертов ОЭСР,
видимое потребление стали в бывшем СССР,
увеличившееся в 2000 г. на 26,5% (на 6,5 млн. т), в этом
году вырастет лишь на 7,8% до 33,6 млн. т и составит
только 28% от пиковых показателей 1988 г. А в 2002 г.
спрос может вырасти только на 5%. Российские
аналитики считают, что внутренний спрос на трубы
будет стабильным, а положение на внутреннем
рынке плоских и длинномерных продуктов вызывает
большие опасения. Сегодня россияне предъявляют
аналогичные претензии к украинской арматуре и
листовому прокату.
По нашему мнению, с такой
позицией согласиться нельзя, так как результаты
развития экономики Украины первого полугодия 2001
г. внушают некоторый оптимизм. Если рост в
прошлом году был практически полностью
обеспечен экспортными сырьевыми отраслями, то 9,1%
увеличения ВВП в этом полугодии вызвано, в
основном, пробуждением внутреннего рынка. Так,
выпуск стального проката увеличился на 24%, а его
экспорт – только на 4%. По расчетам
Минпромполитики, внутренний рынок стали в этом
году может вырасти в два раза – до 12 млн. т, и это
уже компенсирует сужение внешних рынков
(например, российского). Характерно, что наиболее
быстрыми темпами в стране развивается
машиностроительная отрасль – главный
потребитель металла.
Таким образом, несмотря на
сомнения аналитиков и невероятную сложность
задачи, назревшую переориентацию отрасли на
внутренний рынок можно осуществить, и ее следует
начинать именно сейчас, на пике ее потенциала.
Условия для этого вполне благоприятные. В начале
2000 г. закончился период смены реальных
собственников украинских металлургических
предприятий, контрольными пакетами акций и
самими заводами стали управлять
металлотрейдеры. По состоянию на 1 августа 2001 г.
из 17 металлургических предприятий Украины
только “Криворожсталь”, МК им. Дзержинского,
Макеевский МЗ и МЗ им. Петровского находились в
государственном управлении (доля
государственной собственности 100%, 98,8%, 60,86% и 60,29%
соответственно). У остальных предприятий этот
показатель составлял от 25 до 30%, а Краматорский
МК, “Днепроспецсталь”, и ЗАО “ММЗ Истил”
находились полностью в собственности
юридических и физических лиц. Особо стоит МК им.
Ильича, находящийся в коллективной
собственности. Таким образом, можно считать, что
приватизация отрасли практически состоялась, а
металлургические заводы были включены в состав
финансово-промышленных групп. Даже российские
специалисты отмечают, что некоторые украинские
ФПГ продвинулись в структурном плане
значительно дальше российских. В то время как
Россия только более года занимается проблемой
консолидации сталелитейной промышленности, в
Украине давно сформировались вертикальные
холдинги, включающие угольные шахты и
поставщиков руды, металлургические и
коксохимические заводы, энергетические и
транспортные компании.
Мы уже отмечали, что улучшилась
реакция производителей стали на изменения
конъюнктуры мирового рынка – высокий уровень
экспорта в 2000-2001 гг. подтверждает это. Это также
дает основания для оптимизма относительно
реалистичности перевода отрасли на внутренний
рынок. Частично проблема будет решена за счет
самоорганизации в результате ожесточенной
конкуренции украинских металлотрейдеров за его
долю при сокращении экспорта. По некоторым
оценкам, до 50% производственных мощностей могут
оказаться избыточными и будут закрыты. Таким
образом, как бы “еретически” это ни звучало, без
свертывания производства экспортно
ориентированных отраслей при переориентации их
на внутренний рынок в условиях снижения темпов
роста мировой экономики, скорее всего, не
обойтись – другое дело, что оно должно опираться
на перспективное планирование и быть
управляемым.
При резкой переориентации такой
мощной отрасли на внутренний рынок следует также
иметь в виду еще одну опасную тенденцию –
удержание производства на высоком уровне при
сужении внешних рынков создаст избыточное
предложение товаров и может привести к
“перегреву” экономики. Развитой стране проще
справиться с подобными проблемами – например,
высокий внутренний спрос и доверие потребителей
к экономике США до сих пор позволяют властям
осуществлять ее управляемую “мягкую посадку”,
не допуская рецессии, а ограничиваясь лишь
снижением темпов роста. По оценке специалистов
Нацбанка Украины, если не предпринять
специальных мер, при низком платежеспособном
спросе станет невозможным предотвратить
существенное падение темпов экономического
роста страны уже во втором полугодии 2002 г., что
далее может перерасти в полномасштабный
экономический кризис. В условиях
неблагоприятной мировой конъюнктуры
правительство и Нацбанк, вероятно, должны
предпринять непопулярные меры по сдерживанию
производства. С начала этого года Нацбанк в
четыре приема снизил учетную ставку с 27% до 17% и,
похоже, резерв ее дальнейшего снижения исчерпан.
Коммерческие же банки были осторожны и
поддерживали ставку кредитования в среднем на
уровне 30% на протяжении всего этого периода. В
результате может осложниться и без того трудный
процесс получения кредитов на так необходимую
модернизацию производства.
В этих условиях свои новые
свойства должен проявить экономический
эксперимент в отрасли, так как одним из условий
участия в нем предприятий ГМК является наличие
инвестиционно привлекательной программы
развития и обоснованного плана улучшения
финансово-экономических показателей. Как
известно, само проведение эксперимента вызвало
за рубежом неоднозначную реакцию – Украину
стали обвинять в субсидировании отрасли
государством. Но в результате было достигнуто
обеспечение текущих расчетов с бюджетами всех
уровней и увеличение фактических поступлений в
бюджет. Экономический эксперимент сохранил
отрасль за счет единственного в тех условиях
выхода – экспорта продукции. Теперь же он должен
стимулировать повышение внимания предприятий к
внутреннему рынку, и это должно быть четко
зафиксировано в условиях участия в нем
предприятий.
Мы не в первый раз обращаем
внимание на необходимость государственного
регулирования при структурных преобразованиях
экономики. От государства по-прежнему требуется
создание благоприятных условий, и ни в коем
случае диктат.
Твердая государственная
политика переориентации экспортных отраслей на
внутренний рынок может ускорить устранение
структурных диспропорций в экономике, борьба с
которыми ведется еще с 1994 г. Прежде всего, это
связано с перераспределением их избыточных
ресурсов в неприбыльные внутренние секторы
экономики. Конечно, такую проблему можно решить и
административно, обязав экспортеров увеличить
поступления в бюджет. Но уже наметился более
естественный путь – начинается консолидация
предприятий “неприбыльного сектора” в руках
представителей сырьевых отраслей. Пока эти факты
немногочисленны, но при урегулировании
отношений собственности, более последовательной
приватизационной политике и завершении процесса
формирования вертикально интегрированных
компаний, несомненно, эти процессы пойдут более
интенсивно.
Более важным при комплексном
формировании внутреннего рынка является
ликвидация деформаций внутренних цен и тарифов.
Недальновидная тарифная политика наносит ущерб
не только предприятиям, но и бюджету государства.
Так, за первое полугодие 2001 г. по сравнению с тем
же периодом прошлого года потери прибыли за счет
роста цен на топливно-энергетические и сырьевые
ресурсы, а также увеличения тарифов на
железнодорожные перевозки составили 985 млн. грн.,
соответственно снизились и отчисления в бюджет
– на 148 млн. грн. Интересно отметить, что доля
потерь за счет стоимости природного газа
составила около 30%, электроэнергии – 23%,
металлургического сырья – 22%, кокса и угольных
концентратов – 15% и роста стоимости перевозок –
около 10%. Как и следовало ожидать, наибольшие
потери понесли наиболее успешно работающие
предприятия – “Криворожсталь” – 344,41 млн. грн.,
завод им. Ильича – 257 млн. грн. и “Запорожсталь”
– 118,49 млн. грн. (потери для бюджета – 51,66, 38,56 и 17,77
млн. грн. соответственно). Тем не менее, опять не
исключен рост тарифов на электроэнергию (их
пересмотр был одним из гарантированных условий
международных тендеров на приватизацию шести
облэнерго), при этом должна быть пересмотрена
оптовая цена для всех участников рынка, и тогда
снова не обойтись без целевых дотаций из бюджета.
Россия тоже вынуждена решать
подобные проблемы. В конце июля 2001 г.
постановлением Правительства РФ был объявлен
мораторий на повышение цен и тарифов на
продукцию и услуги естественных монополий до
конца года. С точки зрения РАО ЕЭС, повышение
тарифов необходимо, так как с начала года
неоднократно повышалась стоимость услуг МПС, а в
ближайшее время может быть поставлен вопрос о
повышении на 30-40% тарифов угольщиков. По
некоторым данным, возможно также повышение цен
на газ на 20% для промышленности и на 25% для
населения. Но МПС выступило против повышения
тарифов на электроэнергию, заявив, что его
повышение тарифов на перевозки явилось
следствием удорожания электричества в
предшествующий период. Правительство России
предполагает принять поправки в Гражданский
кодекс и законы о государственных тарифах, о
естественных монополиях, о конкуренции, а также
проект закона об энергетике.
Чисто законодательным может
быть внедрение опыта зарубежных стран в области
государственной кредитной поддержки
использования внутри страны продукции
отечественного производства, создания
протекционистских условий для этого на всех
уровнях. В Украине предпринимаются усилия по
формированию идеи “Покупай украинское”, но, к
сожалению, они почти не выходят за рамки
пропаганды. Опять обратимся к опыту США.
Государственные законы и законы штатов
запрещают использование зарубежной стали при
реализации проектов, финансируемых из
федерального или местных бюджетов, – деньги
налогоплательщиков должны быть израсходованы
только внутри США. Хотя таким образом косвенно
поддерживаются высокие цены на
металлопродукцию, приобретаемую государством, а
американским сталеплавильщикам предоставляется
еще одна форма протекции, эти меры развивают
внутренний рынок. Так, согласно Акту о
реконструкции аэропортов и Акту поддержки
наземного транспорта (строительство и
реконструкция шоссейных и железных дорог),
принятых в 1982 г. и действующих до сих пор,
расходование федеральных средств на материалы, в
том числе на сталь, допускается только в том
случае, если они произведены в США. В результате
местные производители стали получают на
тендерах преимущества перед импортерами на
уровне не ниже 25%.
Политика системной
переориентации экономики страны на внутренний
рынок вызовет автоматически рост стоимости
рабочей силы, что мы наблюдаем во всех без
исключения развитых странах. При этом, конечно
же, резко снизится внешняя
конкурентоспособность украинских товаров, но
растущий внутренний спрос вызовет ускорение
товарооборота с ростом розничных продаж. По
опыту развивающихся стран необходим рост, по
крайней мере, на 7-10% в год в течение ближайших
пяти лет и более 10% в год на последующее
пятилетие. При этом индекс потребительских цен
не должен расти более чем на 10% в течение этого
периода.
Перевод фокуса отрасли на
внутренний рынок ни в коем случае не означает
пренебрежения экспортными возможностями.
Проблема развития экспортного потенциала
украинской металлопродукции, основа которого –
конкурентоспособность на традиционных рынках
сбыта в ценовом и качественном отношении с
аналогичной зарубежной продукцией, неразрывно
связана с техническим перевооружением
металлургического производства, повышением
качества и снижением себестоимости продукции. В
этих условиях также неотложным является вопрос
принятия действенных мер для изменения
структуры экспорта с целью снижения удельного
веса полуфабрикатов, лома черных металлов и
чугуна при одновременном увеличении доли и
количественных показателей экспорта готовой
продукции. Здесь можно предложить следующие
мероприятия:
- сбалансированная
государственная поддержка экспортеров,
стимулирование инвесторов;
- техническое переоснащение,
реконструкция и модернизация производств;
- совершенствование
экспортной инфраструктуры предприятий,
расширение сети зарубежных представительств
предприятий в странах-импортерах,
диверсификация товарной структуры экспорта
металлопродукции;
- обоснованное повышение цены
готовой продукции в результате ее сертификации и
упаковки согласно стандартам основных
потребителей, улучшения ее дизайна;
- более активное привлечение
профессионалов для системного изучения и
прогнозирования конъюнктуры рынков;
- организация выпуска
специалистов-юристов для работы в поле
антидемпингового законодательства. Учитывая
заинтересованность зарубежных партнеров,
очевидно, возможно запросить предоставление
технической помощи на создание образовательной
программы. Несмотря на то, что актуально
парирование антидемпинговых расследований со
стороны стран-импортеров, уже сейчас необходимо
ориентироваться на будущую защиту внутреннего
рынка.
Заключение
Тяжелейшие экономические
условия прошлых лет и отсутствие опыта
масштабной реструктуризации экономики Украины
диктовали необходимость базироваться на
промышленных ресурсах наследия Советского
Союза. В 90-е годы приходилось в аварийном режиме
решать неотложные локальные задачи в экономике в
ущерб ее системному развитию. В результате все же
удалось удержать экономику от развала и создать
“площадку” для системных преобразований и
экономического роста в 2000-2001 гг. Но еще одной
причиной неудач реформ является не выбранное до
сих пор основное звено приложения усилий
государства.
По нашему мнению, такое звено
существовало всегда – это
горно-металлургический комплекс Украины. Черная
металлургия Украины десятилетие служила донором
для наполнения бюджета валютой от экспорта
металлопродукции. На каком-то этапе ее
экстенсивное развитие было оправдано, но в
настоящее время уже вырисовался комплекс
проблем, которые старыми эволюционными мерами
решить нельзя. Помимо большого удельного веса в
экономике любого индустриального государства,
продукция металлургии пронизывает все народное
хозяйство, обеспечивая положительную связь от
развития металлургии к развитию потребляющих
сталь отраслей и обратно, и, таким образом,
ускоряя развитие всего внутреннего рынка и
экономики в целом. Таким образом, металлургия
может послужить тем рычагом, который позволить
сдвинуть груз структурных проблем всей
экономики Украины, накопившихся за время
перехода к рынку.
Новейшая история
металлургии Украины
Максимальное производство
продукции украинской металлургии и
использование ее мощностей было в 1986 г.
Производство 1996-2001 гг. можно разделить на четыре
периода, имеющие четкие границы и характерные
особенности.
1986-1990 гг. Период относительной
устойчивости производственной и
финансово-экономической деятельности
предприятий ГМК в условиях плановой экономики и
единого рыночного пространства бывшего
Советского Союза. Тогда Украина стабильно
производила 46-48 млн. т чугуна, 50-52 млн. т стали и 38-39
млн. т проката.
1990-1995 гг. В результате распада
Советского Союза произошло разрушение единого
рыночного пространства, и, как следствие, система
управления отраслью была реорганизована. В этот
период отмечается ухудшение
финансово-экономических показателей и резкое
снижение темпов производства во всех отраслях. В
1995 г. был зафиксирован наиболее низкий уровень
металлургического производства: было
произведено чугуна – 18 млн. т, стали – 21,8 млн. т и
проката – 16,6 млн. т. Только за 1995 г. кредиторская
задолженность металлургических предприятий
увеличилась на 1,9 млрд. грн. и составила 2,4 млрд.
грн.
1996 г. – июль 1999 г. В 1996 г.
стабилизировался выпуск основных видов
продукции во всех подотраслях, а в 1997 г. впервые
наметилась динамика увеличения производства, но
финансово-экономические показатели продолжали
падать, так как рост производства товарной
продукции сопровождался увеличением издержек.
Если в 1995 г. затраты на 1 грн. товарной продукции
составляли 94,2 коп., то в 1998 г. – 102,4 коп. Если
прибыль (финансовый результат от обычной
деятельности до налогообложения) в 1995 г.
составила 592,7 млн. грн., то 1998 г. закончился с
убытком в 1,014 млрд. грн. Рентабельность
предприятий постоянно снижалась с прибыльных 4,4 %
в 1995 г. до убыточных 8,25% в 1998 г. Собственные
оборотные средства уменьшились с 394 млн. грн. до
дефицита в 3,26 млрд. грн. в 1998 г. Кредиторская
задолженность предприятий составила рекордную
за все годы величину в 8,74 млрд. грн. Особенно
сильно ударил по экономике украинских
предприятий финансовый кризис августа 1998 г. в
России.
С августа 1999 г. (когда ГМК
Украины начал работать в условиях
экономического эксперимента) и до настоящего
времени наблюдается стабильное повышение
производственной и финансовой деятельности
практически всех предприятий. По сравнению с
уровнем 1999 г. превышены объемы производства
чугуна – на 11,7%, стали – на 16% и проката – на 17,3%.
За счет реализации продукции предприятий черной
металлургии рентабельность увеличилась на 18,29% (с
7,33% до 25,62%). Производство чугуна в 2000 г. составило
25,7 млн. т, стали – 33,6 млн. т и готового проката –
24,7 т.
Динамика производства основных
видов продукции предприятий черной металлургии,
по данным ПХО “Металлургпром”, за период с 1986 г.
по 2000 г. и 2001 г. (ожидаемые по фактическому за 7 мес.
производству объемы) представлена на рис. 1.
Рис. 1. Динамика производства
чугуна, стали проката за 1986-2001 гг.